Чемпион СССР 1936(о), 1938, 1939, 1952, 1953, 1956, 1958, 1962, 1969, 1979, 1987, 1989 Кубок СССР 1938, 1939, 1946, 1947, 1950, 1958, 1963, 1965, 1971, 1992 Чемпион России 1992, 1993, 1994, 1996, 1997, 1998, 1999, 2000, 2001, 2017 Кубок России 1994, 1998, 2003 Призы
Материалы по теме
 
Новость

SOVSPORT.RU | РИНАТ ДАСАЕВ: ДРУЖИЛ СО ВСЕМИ, КРОМЕ БУБНОВА

Легендарному вратарю в истории отечественного футбола Ринату Дасаеву во вторник, 13 июня, исполняется 60 лет. В связи с круглой датой мэтр дал большое интервью «Советскому спорту», где вспомнил все, что было в его славной карьере голкипера «Спартака» и сборной СССР.

ПРЕДИСЛОВИЕ. ПЕРЕД НАЧАЛОМ ТВОРЧЕСКОГО ПУТИ

— Прежде всего в честь юбилея хотелось бы спросить вас: 60 лет – это много или мало?
— И много, и мало. Я чувствую себя вроде бы молодым. А с другой стороны, возраст прибавляется.

— Как правило, последствия профессионального спорта дают о себе знать именно в такие годы. Ощущаете ли вы возраст в этом смысле?
— Нет. Я в хорошей форме, тьфу-тьфу. Грех жаловаться. Я встречаюсь на поле с ветеранами, когда не занят. Стараюсь играть достойно.

— Символично, что «Спартак» стал чемпионом именно в ваш юбилейный год. Есть в этом доля мистики?
— Мистики нет. Я считаю, что это двойная радость для меня. И не только для меня. Мы заслуженно победили.

Перед началом сезона я и представить себе не мог, что так все выйдет. Уволили тренера, а это, как правило, не есть хорошо для начала чемпионата: когда команду готовил один, а возглавил другой. Но в зимнюю паузу я понял, что «Спартак» все-таки доведет дело до конца.

АСТРАХАНЬ. НАЧАЛО КАРЬЕРЫ. ГЛАВА 1

— Насколько известно, вы ведь и футболистом не собирались становиться. Расскажите о том периоде…
— Вначале было плавание. Случилось так, что я повредил руку. Ну и как-то я все это дело забросил. Правда, тренеры по плаванию приходили к родителям, уговаривали, чтобы я вернулся. Твердили, что из меня получится отличный пловец, олимпийский чемпион. Но в тот момент я уже мысленно расстался с этим видом спорта и с головой ушел в футбол.

— Как произошел этот переход?

— Я был маленький, щуплый, играл в нападении, по мячу толком попасть не мог. Тренер далеко не сразу поверил в меня. Мой отец тогда попросил: «Ну посмотри его еще. Может, чего получится».

В один прекрасный день, когда вратаря не оказалось, я пришел и встал в ворота. Ну и довольно неплохо себя проявил. Тренер посмотрел внимательно и сказал мне: «А ну-ка еще попробуй»… Так все и пошло.

— Когда я был в юном возрасте, стоять на воротах считалось непрестижно, все хотели быть полевыми игроками. Вас не смущало, что вы не будете забивать голы?
— Меня это абсолютно никак не смущало. Наоборот – я даже увлекся этим делом, и меня затягивало все больше и больше.

— Вашим первым тренером был Геральд Бледных. Расскажите, что это был за человек и тренер?

— Прежде всего, это был фанат футбола. Он сам любил не только тренировать, но и играть. Проповедовал техничный футбол, умел сплотить команду. Мы к нему сильно привязались, взаимное доверие было колоссальное!

Ко мне он относился по-особенному. Набирали 56-й год, а я 57-го года рождения. Изначально мой отец хотел, чтобы я играл с ребятами на год старше. В итоге приношу метрику, что я с 57-го. И прокатило. Он меня любил, и я, конечно, старался оправдать его доверие.

— После того, как вы стали знаменитым, вы общались с ним?
— Конечно. Он гордился тем, что сумел воспитать чемпиона. И я несказанно рад, что мне довелось играть под его началом.

— Давно были в Астрахани? Хотели бы съездить посмотреть места детства и юности?
— Очень давно был. Этот город – моя родина. Если будет время и работа не будет мешать этому – съезжу обязательно.

— Сейчас следите за «Волгарем» и тем, как команда выступает?
— Изредка удается посмотреть некоторые игры. Знаю, что случайно в этом году по итогу остались на 12-м месте. Мне трудно сказать, какие у них планы и чего они хотят сейчас.

— Если бы вам предложили место главного тренера в «Волгаре», пошли бы?
— Несомненно. Во-первых, клуб для меня не чужой. Во-вторых, мне давно хотелось попробовать свои силы в качестве главного тренера.

— И даже готовы оставить работу в «Спартаке»?
— Красно-белые для меня – все. Это, несомненно. Но пока есть силы и возможности, хочется попробовать поработать с целой командой, не только с вратарями.

«СПАРТАК». ВЗЛЕТ. ГЛАВА 2

— Кто был вашим ориентиром среди вратарей, с кого хотели брать пример?
— У всех брал понемногу. В то время мастеров среди вратарей было большое количество. И у каждого я старался что-то почерпнуть. Если рассуждать о том, кто был лучший… В разную эпоху – разные вратари.

— Как вы попали в «Спартак», и каково было первое впечатление от знакомства с Бесковым?
— Меня привезли из Курска (мы тогда с «Волгарем» играли на выезде). Как сейчас помню: постучались в дверь к Константину Ивановичу, зашли. Он посмотрел на меня и спросил: «Что, девочек много?». Отвечаю: «Хватает» (смеется)

— Сначала вы были дублером вратаря Александра Прохорова. Как у вас с ним сложились отношения, он видел в вас конкурента?
— До определенного момента он чувствовал себя незаменимым. Со временем он начал стоять хуже, пропускал все чаще и чаще. В один прекрасный момент в Ворошиловграде его поменяли на меня. Мы сыграли на ноль. Потом была сухая победа с «Локомотивом». После этого Прохорова убрали – я остался.

— Когда он уходил, он вам что-нибудь сказал?

— Поблагодарил, сказал: «Держись, ты молодец…». Никогда с ним конфликтов никаких не было. В то время назревала революция в «Спартаке», много кто ушел, не только Прохоров.

— Вы стали основным голкипером. И по сути у вас не было конкуренции. Хотя считается, что она помогает игроку оставаться на уровне. Вам лично отсутствие конкуренции помогало расти или мешало?
— У Бескова как-то спросили, почему у него нет вратаря, равноценного Дасаеву?». «А он мне и не нужен. Дасаев один. И я знаю, что он сыграет, как надо».

Чувствовал я себя нормально. Не было такого, чтобы я превозносился. Наоборот, быть основным голкипером – это большая ответственность. Я прекрасно понимал: если начну играть плохо, мне найдут замену.

— Свой неповторимый стиль – игра на выходах – вы выработали уже в «Спартаке»?
— На выходах я научился играть еще в Астрахани. Помню, ребята из «Волгари» уже потом меня встречают и говорят: «Ринат, зря ты уехал, у нас у всех головы болят, сзади страховки нет никакой».

В «Спартаке» меня научили руками мяч в игру вводить, а не выбивать. И я уже активно стал практиковаться в этом.

— Нынче наследником вашего стиля является Мануэль Нойер. Его пару раз игроки соперника наказывали за чрезмерную игру на выходах, забивая потом с центра поля. У вас было нечто подобное?
— Нет, такого не было. Я играл всегда наверняка. Просто так я вратарскую зону не покидал. В этом смысле надо иметь чутье. У меня оно было.

— Бубнов в своей книге пишет, что Бесков не давал на тренировках бить вам штрафные удары. Это правда?

— Вблизи да, не давал. И правильно делал. Какой смысл? Он меня берег, я мог получить травму. Это неоправданный риск. Вообще Бубнову не верьте. Он столько фигни про меня написал. Ладно бы про меня. Но гадости про покойного Черенкова я ему не прощу никогда.

— Расскажите о том, как вы стали лидером в «Спартаке»?
— Лидером я стал после Романцева. Вначале ни о каком лидерстве речи и не было. Я пришел играть и спокойно выполнял свою работу. Бубнов пишет в своей книге, что я там чуть ли не Богом был. Это не так. То, что мне удалось каким-то образом сплотить коллектив – да. Здесь я подпишусь.

Скажем так: я был проводником между новыми, молодыми игроками, которые приходили в команду, и ветеранами, для того чтобы наш клуб был единым целым.

— А как вы стали капитаном? Игроки захотели или Бесков?
— Опять же после ухода Романцева. При Олеге я был вице-капитаном. Но решение касательно моего капитанства принимал Бесков.

— С кем вы больше всех дружили в команде?
— Я со всеми дружил, кроме Бубнова.

— Последнее о «Спартаке». В то время, когда вы играли за красно-белых, основным вашим соперником был «Динамо» Киев. Сегодня вместо Киева – ЦСКА. Для вас матчи с «армейцами» были принципиальными?

— С ними всегда были рядовые матчи, это посредственная команда, мы их всегда обыгрывали. Самым главным конкурентом для нас был Киев. Иногда – Тбилиси. Но в основном Украина.

СБОРНАЯ СССР. ВАЛЕРИЙ ЛОБАНОВСКИЙ. ГЛАВА 3

— Как вы познакомились с Лобановским, и какие впечатления от встречи?
— Ну, во-первых, к тому времени, он уже знал, кто я. А я знал, кто он. И никаких вопросов ни его, ни моя квалификация не вызывала. Валерий Васильевич при первой же встрече мне сказал: «Ринат, в тебе есть все качества лидера, ты должен сплотить команду, объединить ее».
В сборной капитаном был сначала Демьяненко, но через пару лет, в 87-м году, повязка была уже на мне.

— Вы играли на трех чемпионатах мира. И везде сборная СССР не продвигалась дальше, чем она могла бы продвинуться. С чем это было связано?
— Судьи и невезение. В 82-м году в матче с Бразилией нас сплавили судьи, забили чистый гол, без офсайда. Должен был быть пенальти в нашу пользу, его тоже не назначили. С поляками нам не повезло: тактику на игру выбрали правильную, но Сулаквелидзе и Блохин свои возможности не использовали. В 86-м году с бельгийцами было тоже самое.

— В 1982 году вы впервые выехали со сборной команды на запад. Был ли у вас культурный шок?
— Об этом не думали. Я больше переживал из-за того, что мы могли дойти до полуфинала и не сделали этого. Что касается культурного шока, у меня его не было. Мы и раньше выезжали. Нам прекрасно было известно, что нам можно, а что нельзя. Магнитофон, телевизор, видак мог привести. В этом смысле мы пользовались западными благами.

— Не могу не спросить и про Чемпионат Европы 1988 года. В том пропущенном мяче от Ван Бастена вас не винили свои же?
— Команда меня не обвиняла. Лобановский просто сказал, что нам не повезло. Впоследствии он говорил, что я неправильно занял позицию. С одной стороны, он прав. Если гол забили, значит я действительно выбрал не ту позицию.
Неберущихся мячей не бывает. Есть неправильная позиция, неверная оценка ситуации, поэтому голы и забиваются.

СЕВИЛЬЯ. НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ПЕРЕХОД В МАДРИДСКИЙ «РЕАЛ». ГЛАВА 4

— Вы были лучшим вратарем, выступали за сборную мира и переехали играть в среднюю команду Испании. Почему «Севилья»?
— Все просто. Они дали больше денег – 2 миллиона долларов. «Реал» Мадрид хотел меня взять за миллион, было еще предложение от «Манчестер Юнайтед».

— То есть вы сами выбрали «Севилью», не кто-то за вас?
— Я мог выбрать и другой клуб. Но тут только вопрос в деньгах. «Севилья» дала больше денег, и, соответственно, я тоже получил больше всех денег.

— А как престиж клуба, для вас это не имело значение?
— В то время это не имело значения. На запад уезжали исключительно для того, чтобы заработать, и совершенно по барабану: «Реал» это будет или еще какой-либо клуб.

— Как вас приняли в «Севилье»?
— С первым тренером как-то не сложилось. Он, на мой взгляд, был некомпетентен. Второй тренер – Роке Ольсен – был более объективным и продуктивным. Играли и тренировались мы здорово. Все были им довольны.

— Задачи какие тогда стояли перед клубом?
— Попасть в зону еврокубков. Но в целом команда была посредственная. Потом в качестве тренера я работал с Луисом Арагонесом. Это отличный специалист, мы с ним неплохо сработались. О «Севилье» у меня в принципе неплохие воспоминания, были и плюсы, и минусы. Но я не жалею ни о чем.

НАШЕ ВРЕМЯ. ГЛАВА 5

— Почему вы так рано закончили карьеру?
— Я хотел уйти из «Севильи» раньше. И позвонил другу. Он сказал мне: «Лучше отсидись там у себя в Испании, в Москве переворот, какая-то непонятная обстановка, танки везде…». Я и отсиделся.

— А в другом европейском клубе поиграть был вариант?
— Нет. Был вариант поиграть в Бразилии, но я не захотел.

— Как лично для себя вы восприняли распад Советского Союза?

— Для меня это трагедия. Я, кстати, не сразу узнал о том, что СССР больше нет. Я как раз был в Испании в этот момент. Потом узнал, что наша сборная поехала под флагом СНГ.

Ну я, конечно, обалдел. Мне было жалко потерять флаг, историю. Теперь история сборной СССР отдельно, сборной России – отдельно. Естественно, я считал и считаю это неправильным.

Я не был коммунистом, в партию хоть и верил, но идеями не бредил. Когда меня вызывали в горком и отчитывали, мне это не очень нравилось. При этом, я любил свою страну и был патриотом. Для нас всех было честью играть под советским флагом.

— Когда вы вернулись в 1998 году в Россию, вы понимали, что приехали в совершенную другую страну?
— Я приехал и сразу устроился на работу в «Спартак». С Романцевым и Ярцевым у меня были прекрасные отношения, как и сейчас. Конечно, в 90-е годы был бардак. Если говорить о футболе, то особо конкуренции у «Спартака» не было. Чемпионаты были скучными и неинтересными. Но приходилось адаптироваться в новых условиях. Работал в дубле в «Спартаке».

— Вы работали с Ярцевым в сборной России. Интересное было время для вас?
— Работа была интересной. Я знал Георгия Александровича давно, и во взаимопонимании проблем не было. Другое дело, мы проиграли португальцам 1:7. Это единственное, что омрачило тогда.

Потом был Хиддинк. Но меня не устроил контракт. Денег мало. Ну и еще доходило до того, что я чуть ли не администратором должен был быть.

— Мутко предложил такой контракт?
— Нет, Мутко был во главе РФС, а сочиняли совершенно другие люди.

ЭПИЛОГ

— Я знаю, что ваш сын играет на позиции вратаря. В наше время есть хороший пример – это Каспер Шмейхель, сын знаменитого отца Петера Шмейхеля. Вы видите перспективу своего сына, сможет ли он вырасти в большого голкипера?

— В 11 лет сложно видеть перспективу. Надо подождать, пусть подрастет еще до 16-17 лет, а там видно будет. Я начинал в 10 лет с нападающего, а потом стал вратарем. Может, и он передумает. Кто знает.





 

другие новости
 
Карта Гладиатора
Аренда полей
Титульный партнер Чемпионата России по футболу
Титульные партнеры клуба
rgs
luknike
logo


Copyright 2017 АО ФК «Спартак-Москва»


vincinelli